Выполняется запрос

Методы контроля сознания в тоталитарных сектах

Автор:
Миськевич Александр Владимирович

«В дальнейшем, в процессе контролирования сознания психологи выделяют три общих для разных сект этапа. Слово «этап» тут употребляется за неимением лучшего, потому что оно подразумевает некую очередность, но секты все три элемента включают практически одновременно.

Первый — отказ от всего прошлого: человек должен признать сплошной ошибкой все, что было до того, как он попал в секту. Все, что он считал белым, на самом деле было черным; все, что он считал хорошим, на самом деле плохое. Он неотвратимо шел к погибели, и никакой надежды на спасение не было. Люди, которые его любили, на самом деле желали ему только зла. Его друзья — это на самом деле его враги, потому что уводили его от тропы спасения. Его родители — это злейшие его недруги. На этом сектанты особенно любят наживать капитал, то есть давать идеологическую подоплеку тем трениям с родителями, которые в определенном возрасте бывают практически у каждого молодого человека. Почуяв это, сектанты начинают ему внушать, что плотские родители — это не настоящие родители, ведь настоящая семья — тут, в нашей организации. Кстати, сектантская организация часто самоопределяется в семейных терминах, и это тоже один из ее признаков. Практически во всех сектах семейная терминология так или иначе присутствует, начиная от мунитов, организация которых именуется ее членами «истинной семьей», а Мун и его жена — «истинными родителями», и кончая сектой, которая так и называется — «Семья» (бывшие «Дети Бога»), а ее основателя Дэвида Берга сектанты просто называли папой (а затем — дедушкой).

Иначе говоря, в сектах постоянно поддерживается псевдосемейная атмосфера: «новые братья», «новые родители». Для нас это «псевдо», а для них «псевдо» — все то, что было до вступления в секту. Истинные родители — это не те, кто тебя произвел на свет, а те, кого ты обрел в секте.

Отказ от прошлого, внушение, что все прошлое — это беспросветный мрак, в корне отличается от православного подхода. Мы знаем, что вся полнота истины явлена в Православии, но также знаем, что православный радуется всякому проблеску истины, где бы он, ни проявился. «Все, что добро, — все наше», — говорит св. Иустин Мученик. […]

Ни в какой секте этого не будет, потому что она видит себя единственной группой, обладающей спасительным знанием и гарантирующей спасение, а все остальное, все, что вне ее, — это мрак, тьма. Адепту необходимо полностью отречься от прошлого, отрезать его — и будь что будет.

Протопресвитер Иоанн Мейендорф как-то в частном разговоре со мной дал такое определение секты: это сравнительно небольшая группа людей, которая уверена, что лишь они спасутся, а все остальные погибнут и получают глубокое удовлетворение от осознания этого факта.

Итак, первый этап — разрыв прежних связей. Вы сразу же попадаете в новый круг, оказываетесь среди новых людей, которые абсолютно убеждены, что вы попали в самое нужное место. Они внушают вам новую информацию, новое учение, а вам не с кем поделиться сомнениями, не с чем сравнить предлагаемые вам ценности. Все старое резко 59 оборвано. Вам вновь и вновь напоминают, что оно осталось позади и ведет к погибели. Таким образом, человек делается tabula rasa — чистой таблицей, на которой можно записывать совершенно новое содержание.

«Злые Гении»: жизненная стратегия АНТИличности фото
«Злые Гении»: жизненная стратегия АНТИличности

Известно: в историю можно войти с парадного входа, а можно с черного. Тех, кто входит с парадного, обычно называют великими людьми, иногда гениями. Тех, кто входит с черного, – «злыми гениями».

Один из первых вопросов, с которых началась эта книга, – а существуют ли они, злые гении? Может быть, их придумали массовая культура и искусство: сумасшедших ученых, диктаторов, мечтающих поработить мир, комиксовых суперзлодеев?

Теперь, спустя два года после того, как начался сбор материалов по теме, можно сказать утвердительно. Да, «злые гении» существуют. Но то, какими рисуют их литература и кино, ничего общего не имеет с реальностью.

Второй этап — разделение сознания и воли человека. Достигается это в разных сектах различными способами. Например, это может делаться посредством мантры, то есть некоего предложения или слова, которые вы должны постоянно ритмически повторять, не вдумываясь в его содержание. Когда ваша голова постоянно занята этой мантрой, очень трудно сосредоточиться, трудно управлять своей волей. Так вы постепенно утрачиваете эти навыки и становитесь послушным инструментом, роботом организации. Задуматься вам некогда и потому, что вы крутите в сознании данную вам мантру, и потому, что у вас физически нет времени — нужно постоянно работать и очень мало спать, нужно все время находиться на людях, — в подавляющем большинстве случаев члены секты живут в общежитиях, где у рядовых адептов никогда не бывает отдельных комнат. Нет ни времени, ни места, чтобы остаться одному и задуматься. Человек постоянно испытывает мощное групповое давление.

Другие часто используемые сектами психологические приемы для модификации нормального функционирования мозга — это чрезвычайно строгие посты, диета с повышенным содержанием сахара, физические лишения, регулировка дыхания, частые обязательные сеансы медитации с погружением в измененное состояние сознания, посвящение адептов в страшные тайны, специальные звуковые и световые эффекты, выработка условных рефлексов на благовония или на наркотические вещества. Специалисты по современной психиатрии отмечают, что эти средства по результатам воздействия могут быть приравнены к электрическому или инсулиновому шоку.

Третий этап: на фоне того, что новый адепт полностью стер прошлое из своего сознания, а нормальное функционирование мозга у него уже нарушено, включается тотальная индоктринация — внушение нового учения, новой веры. Вы не только много работаете, мало спите и мало едите, но и посещаете молитвенные собрания и занятия, на которых вам все время внушаются новые идеи. А когда вы не посещаете собраний, можно слушать голос гуру в наушниках (по ряду сообщений, на мунитских фермах, так же как и в Джонстауне, голос Муна транслируется через громкоговоритель). У хаббардистов вам дают на день задание: прочитать столько-то трудов Хаббарда, прослушать столько-то наговоренных им пленок. И задания эти таковы, что нужно целый день читать и слушать, чтобы их выполнить. На следующий день вас экзаменуют: сколько вы прочли и сколько усвоили?

На семинарах у мунитов есть и такое правило: все вопросы задавать в конце. Начинается лекция, она состоит, скажем, из десяти пунктов. Предположим, у новичка возникает вопрос по первому пункту, а десятый будет только через три дня. Вся лекция идет в таких прекрасных терминах: наша цель — объединение человечества, всеобщий мир и любовь. Просто неудобно придираться к мелочам: вот, мол, в первом пункте вы сказали то- то... Подспудно человек опасается, что его новые знакомые посмотрят на него, как на мелочного типа. Таким образом, не соглашаясь с самым первым постулатом, он все же принимает всю цепочку. Это то же самое групповое давление, которое действует на вас бессознательно, но очень эффективно. А если вы все-таки задаете свой вопрос, вам скажут: «Отличный вопрос! Спасибо, что вы его задали. Как раз завтра мы про это будем говорить». Психологически вы удовлетворены, хотя вам ровно ничего не ответили. А назавтра речь пойдет уже совсем о другом.

Существует и другой прием, как поступать, когда вы задаете «не тот вопрос: вас стыдят. «Ну, брат, как же тебе не стыдно такое спрашивать? Значит, у тебя сердце еще не очистилось. Значит, ты плохо работал, недостаточно молился или мало прочел мантр». Таким образом, виноватым оказывается не учение, а новообращенный.

Вообще длительные групповые «выволочки», когда вся община под руководством лидера самозабвенно обличает одного «козла отпущения» во всевозможных грехах, также как и обязательные публичные исповеди с обнажением самого сокровенного (и то, и другое 60 часто практикуется в различных сектах), являются весьма эффективными способами по ломанию человека и абсолютному, на рефлекторном уровне, подчинению его организации.

Для иллюстрации вышесказанного приведу пространную цитату из интернетовской странички «Американского семейного фонда» (AFF), организации, пытающейся путем информирования общественности противостоять распространению сектантства.

«Мы получили по почте от главного лидера письмо, в которое были вложены фотографии взрослых, совокупляющихся с детьми. Как говорилось в письме, мы должны стремиться к тому, чтобы наши дети стали настоящими революционерами и обрели настоящую свободу... С этого дня мы должны были начать совокупляться с собственными детьми...»

Эти слова не могут не вызвать у непредвзятого читателя чувство шока, ужаса и отвращения. Возможно, они вызовут и чувство сомнения или даже недоверия. Тем не менее они являются абсолютной правдой. Это отрывок из рассказа Джоанны о ее собственной жизни. Джоанна — это женщина, которая, будучи членом тоталитарной секты, выдержала восемь лет этого кошмара (подробнее историю Джоанны смотри в главе о секте «Семья». — А.Д.).

Обман. Контролирование сознания. Жестокая эксплуатация. Каждое из этих слов помогает понять, что такое тоталитарная секта.

Секта является «основанной на лжи и внешне необычной группой, которая имеет чрезвычайно высокую степень влияния на своих последователей и считает себя абсолютно отделенной от всего общества», — утверждает Джо Шимхарт, независимый специалист по сектам и консультант из Поттстауна, Пенсильвания. В конце 70-х гг. он сам был адептом одной из сект («Они называли меня хранителем огня», — вспоминает он). «Деструктивные секты используют психологическую обработку и обман, чтобы контролировать своих адептов», — говорит он.

Но как же люди все-таки делаются добычей вербовщиков и превращаются в жертвы? «Все происходит в ходе единого процесса», — утверждает Майк Кропвельд, исполнительный директор «Монреаль инфо-калт», канадской организации, распространяющей информацию о тоталитарных сектах. Этот процесс зачастую начинается с отношений, названных специалистами «фазой медового месяца». Поначалу секта кажется соблазнительной, пленительной, невероятно привлекательной, такой потрясающе хорошей, что в это даже трудно поверить. Это и есть первая стадия обмана.

«Многие бывшие члены сект рассказывают, что поначалу они испытывали чувство непрекращающегося чуда, как будто они приблизились к чему-то из ряда вон выходящему, — пишут в своей книге «Плененные сердца, плененные умы» Маделин Ландау Тобайас и Джанья Лалич, также бывшие члены деструктивных сект. — Чувства возбуждения, эйфории, страсти и ожидания еще большего, испытывавшиеся ими, завладевали всем их существом». «

Это очень похоже на влюбленность, — утверждает Кропвельд. — Любовь слепа, и человек настолько подпадает под это чувство, что он больше не способен к критической оценке происходящего».

А вскоре благодаря применяемым в секте психотехникам он и вовсе лишается этой способности».

Александр Дворкин Сектоведение. Тоталитарные секты. Опыт систематического исследования. Издание 3-е, переработанное и дополненное. Нижний Новгород: ООО Издательство «Христианская библиотека», 2014. — 816 с. Стр. 79-83