Выполняется запрос

Организация научно-популярного проекта Капицей С.П.

Автор:
Рыжачков Анатолий Александрович
Персоналия(ии):

На первом этапе существования передачи «Очевидное — невероятное» она в значительной степени рассматривалась как программа, посвященная критике научно-популярного кино. В СССР в то время работало несколько хорошо оснащенных, высокопрофессиональных научно-популярных студий, выпускавших не один десяток фильмов в год. Первоначально фонд достойных научно-популярных картин казался действительно большим, но запас фильмов пополнялся куда медленнее, чем расходовался. От передачи к передаче совершенствовалась взыскательность авторов. Вскоре им стало очевидно, что значительная часть научно-популярных картин относится к разряду информационных, или технико-пропагандистских. Доля же картин подлинно с научным подходом оказалась относительно невелика. Выяснилось, что целый ряд важнейших научных направлений вовсе не нашел своего отражения в кино. Особенно остро обстояли дела в области научно-социальных проблем. С. П. Капице же казалось очень важным «строить мост не только между наукой и людьми, но и между наукой и обществом».

Лев Николаевич Николаев, редактор программы «Очевидное — невероятное», вспоминал: «Тон и число писем говорили о том, что передача попала в цель. Причем даже беглый обзор писем позволял выделить редкий для телевизионной почты контингент зрителей — научно-техническую интеллигенцию, людей достаточно молодых и активно работающих в своих областях. Мы увидели в этом еще одно подтверждение актуальности новой программы…

Единодушия не было лишь в одном — в отношении к ведущему. Одни приняли С. Капицу безоговорочно, другим он, что называется, не пришелся по вкусу. Этим любопытным феноменом заинтересовался кинокритик Л. Рошаль. Провел анализ, пересмотрел с десяток передач. И пришел к такому выводу: С. Капица не соответствует сложившемуся стереотипу телевизионного ведущего. Он не улыбается зрителю, не старается ему понравиться и уж тем более не заискивает перед ним. Он обращается к зрителю как к серьезному собеседнику, предлагает ему принять участие в размышлении. Он сам работает на экране и заставляет работать других. (Тут вспоминается реплика Ивана Семеновича Козловского, который обратил внимание на то, что С. Капица иногда недоговаривает мысль, и прямо спросил у него: „Это что, такой прием? Чтобы люди домысливали сами?“)

Все это было непривычно, противоречило принятому этикету телеэкрана и раздражало часть зрителей до крайности. Особенно когда ведущий „нетактично“ прерывал своих собеседников, направляя беседу в нужное русло, или, еще хуже, позволял себе высказывать довольно резкие суждения. Некоторые зрители прямо-таки негодовали: „Как же так можно? Чему вы учите молодежь?“ И даже предлагали заменить ведущего.

Мало-помалу число таких писем сокращалось. Может быть, происходило протыкание, а может быть, не исключаю, наиболее ярые противники просто перестали смотреть наши передачи…

Первое, о чем на телевидении заботятся всегда, — это умение приглашенного специалиста говорить доступно, увлекательно, ярко. Тут у нас нет особых секретов…

У нас, к сожалению, бывали случаи, когда С. Капица приходил на запись недостаточно подготовленным или слишком уставшим. Это немедленно сказывалось, и не только на качестве вопросов: не получалось диалога. Ведущий должен не просто иметь представление о предмете обсуждения — у него должна быть своя позиция. Только тогда получится разговор на равных, только тогда гость будет готов раскрыться в разговоре перед камерой. Ему важно чувствовать в ведущем не интервьюера, а собеседника.

Как мы находим таких людей? По-разному. Чаще всего инициатива здесь принадлежит С. Капице. У него очень широкий круг контактов, жизнь так или иначе сводит его с самыми разными людьми. Причем часто именно старые и новые знакомства нашего ведущего рождают идеи и темы очередных передач. То есть получается движение не от плана к человеку, а наоборот. Как правило, такие импровизированные включения в наш тематический план бывают весьма удачными. Мы стремимся произвести съемку тут же, незамедлительно, пока ведущий „горит“ новой темой, пока в нем жив интерес к новому знакомому. Это очень существенно для качества диалога — взаимный интерес собеседников.

Как развиваются события дальше? Обычно Сергей Петрович приглашает будущего участника передачи и меня к себе домой. И несколько часов мы проводим в беседе на самые раз-ные темы, как правило, почти не обсуждая главного предмета. Это можно назвать выяснением позиций, а можно посчитать просто вольной беседой о науке и искусстве. Как угодно. Обычно в конце такого разговора гость начинает беспокоиться о предстоящей записи — дескать, надо обсудить, обдумать. На что С. Капица неизменно отвечает: „Зачем вам думать специально? Вы об этом всю жизнь думаете“.

Наш гость, в каком бы звании он ни был и каким бы опытом публичной речи ни обладал, готовится к выступлению, а не к беседе. Некоторые даже пишут себе подробный текст на нескольких страницах. Сохранить намеченный план — это значит отдать инициативу гостю и лишить передачу самого дорогого — живого рождения мысли на глазах у зрителей…»

Решительность и внутренняя смелость позволили Сергею Петровичу снять несколько уникальных программ. Так, в конце 1980 года появилась передача, где выдающийся советский физик-атомщик, создатель атомной и водородной бомбы, трижды Герой Социалистического Труда Юлий Борисович Харитон, впервые появившийся на экране со всеми звездами, доверительно рассказывал Капице о своей первой встрече с Абрамом Федоровичем Иоффе, о самом начале своего плодотворного пути в науку.

Очень живой и интересной получилась телевизионная беседа с выдающимся биохимиком, старым знакомым Сергея Петровича, академиком Александром Александровичем Баевым, занимавшимся изучением структуры и функций генома человека. Передача эта была удостоена сотен зрительских писем, несших главным образом ее положительную оценку, задававших авторам десятки серьезнейших вопросов.

Одной из ярчайших, нашумевших передач стало «Очевидное — невероятное», когда были приглашены академик Н. Н. Иноземцев, член ЦК КПСС, депутат Верховного Совета, фактически главный экономист страны, и получивший образование в Ленинграде лауреат Нобелевской премии по экономике В. В. Леонтьев, эмигрировавший в США в 1931 году, женившийся на американке, позднее преподававший в Нью-Йоркском и Гарвардском университетах.

Сергей Петрович рассказывал: «Я всегда вспоминаю о дискуссии, сыгравшей для меня очень большую роль. Это было, наверное, в 1977 году, когда Николай Николаевич Иноземцев и Василий Васильевич Леонтьев обсуждали в моей телевизионной программе, можно ли у нас вводить рынок и что такое рынок вообще в современном мире. Совершенно замечательной была модель Леонтьева. Он говорил, что рынок — это парус, который наполняется стихийной силой ветра, а задача капитана — государства — управлять кораблем и этой стихийной силой (В. В. Леонтьев увлекался парусным спортом. — А. М., Н. Б.). А если только полагаться на рыночную силу, то мы никуда не придем. Такой красивый, в общем-то, образ обсуждался тогда, когда в нашем государстве о подобных вещах нельзя было даже упоминать. Это был очень интересный опыт экономического и социального мышления. Мне кажется, мы сегодня опять начинаем возвращаться к пониманию роли и значения государства.

…Экономисты говорили час пять минут, а нужно было пятьдесят семь. Убрав кинохронику, мы смогли восстановить изначальный вариант. Так она и вышла, единственная наша передача без киноиллюстраций, практически полностью передающая беседу двух выдающихся ученых СССР и США. Вскоре, осенью, она была повторена. Ни одна наша передача так скоро не повторялась…»

Порой идеи новых передач возникали спонтанно и даже вынужденно. Так, осенью 1976 года С. П. Капица, в кабинете режиссера Театра на Таганке Ю. П. Любимова, разговаривал с М. М. Плисецкой на театральные темы.

Вот как рассказывал об этом эпизоде сам Сергей Петрович: «Вдруг ко мне подходит один малознакомый тип и говорит: «Сергей, ты все делаешь передачи с учеными, а слабо тебе с Плисецкой сделать?» Я стою рядом с Майей, и тут такой вызов! Мне ничего не оставалось, как сказать: «Майя Михайловна, наши зрители предлагают идею. Вы согласились бы с этим?» Она была несколько растеряна, но ответила: «Интересно! Я спрошу Щедрина». А он: «Ну, если тебе хочется, конечно. Известная передача…" Уговор состоялся».

Впоследствии Сергей Петрович оставил интереснейшие воспоминания о той съемке со знаменитой балериной: «В понедельник, точно к 15 часам, М. Плисецкая приехала в театр и съемка началась. Больше всего я запомнил первый кадр. Мы вдвоем, разговаривая, хотя звук не записывался, должны были подниматься по парадной лестнице наверх, к камере. Вся лестница залита светом. В. Есин наверху руководит происходящим, а я в страшном волнении стою внизу, рядом с Майей Михайловной. Меня не так пугал разговор, как то, что я должен двигаться — по длинной лестнице о трех маршах долго идти с великой артисткой, которая именно своим движением может выразить все, но мне помочь не может. Мгновение съемки приближается. Наконец команда В. Есина: „Мотор!“

Мы пошли, я судорожно стараюсь сообразить, как мне надо идти: в ногу, чуть впереди или сзади… Но ничего не могу решить. Однако чувствую, что Майя Михайловна идет так, как надо, — она это умеет, знает и делает лучше всех. Я уже смелее иду рядом и веду так называемую непринужденную беседу».

Вручение Нобелевской премии Капице-старшему в 1978 году совпало с периодом творческого расцвета его сына. В это время Сергей Петрович находился на вершине успеха своей передачи «Очевидное — невероятное», которая, стартовав в 1973 году, завоевывала все больше и больше новых зрителей. В знак признания его заслуг в этой области через год, в 1979 году, он удостоится премии Калинги (ЮНЕСКО). В дальнейшем за создание передачи он получит также Государственную премию СССР, а в 2008 году в честь 35-летия программы — национальную премию «ТЭФИ» как бессменный ведущий программы.

Нельзя не отметить исключительную, столь важную для характеристики и прекрасную по своей сути, но почти забытую сегодня скромность обоих Капиц. Когда-то Петр Леонидович ушел с заседания секции общей физики Академии наук, чтобы не голосовать за собственного сына: он считал это неэтичным. Сын позднее, когда В. Викторовым и Л. Николаевым был снят телефильм «Рассказы про Петра Капицу», не стал показывать его в своей программе, где был не только ведущим, но в значительной степени и хозяином.

«Я тогда, откровенно говоря, побоялся быть неверно истолкованным. Представлять фильм о собственном отце мне показалось неудобным», — писал С. П. Капица.

Сюжеты передачи были посвящены различным направлениям в науке и технике, вопросам, которые возникали в работе над ними и при их решении, философским, культурным и психологическим. Все факты, освещавшиеся в передаче, тщательно проверялись, для этого привлекались эксперты в различных областях, среди них самые видные ученые.

Сергей Петрович вел любимую передачу увлеченно, ярко, доступно. Его вдумчивые, зачастую нешаблонные комментарии, тот энтузиазм, с которым он организовывал каждую встречу на телевидении, умение находить интересных людей для очередной беседы — все это обеспечивало высокий уровень программы. Участие в передаче, посвященной месту науки в современном мире, стало престижным делом для ученых, артистов, художников, писателей. Ведущий предоставлял им возможность поделиться своими взглядами на мир и познание, поразмышлять о природе вещей, о перспективах развития науки и общества. Как результат, перед многомиллионной аудиторией представала полная картина мира.

Среди регулярных авторов передачи, видных научных работников, ее создатели называли академиков, А Г. Аганбегяна, Ю. В. Бромлея, А. Б. Мигдала, Н. Н. Моисеева, И. Т. Фролова, члена-корреспондента АН СССР П. В. Симонова, кандидатов наук И. Н. Бубнова и Т. В. Потапова, количество же известнейших лиц — участников передачи исчислялось десятками. Среди них были и академики АН СССР, и лауреаты Нобелевской премии, и выдающиеся конструкторы, и космонавты, и летчики…

«Мы в „Очевидном-невероятном“ считаем — и это следует из наших представлений о пропаганде науки, — что очень важной предпосылкой формирования научного мировоззрения телезрителей является приглашение к экрану самых крупных ученых, — писал Сергей Петрович в одной из своих книг. — И делается это не ради удовлетворения чьего-либо тщеславия, а чтобы усилить авторитетность высказываемых суждений. Сначала мне часто говорили: „Зачем приглашать нобелевского лауреата при обсуждении элементарных вопросов, с которыми может справиться любой профессионал?“ Однако, повторю еще раз, для нас важна не только специальная информация, которую можно получить от ученого, — важны его взгляды, его отношение к научным проблемам».

Благодаря своему таланту и исключительной образованности Сергей Петрович в любой теме умел уйти от тех самых «элементарных» задач, лежащих на поверхности. Он проникал глубже, нередко подходя к самой сути сложнейших явлений, когда своими вопросами, самим ходом своей мысли ставил в тупик, а порой подталкивал к нахождению новых решений самого изощренного, самого уверенного в себе специалиста.

Необходимо отметить, что зрители чувствовали как искренний интерес ведущего к собеседнику, так и уважение к себе. Сергей Петрович, не стараясь угодить зрителю, работал во время передачи сам и заставлял работать других, чтобы проникнуть в суть вещей. Он беседовал всерьез, на равных, без ложного заигрывания. А, как известно, естественность и искренность всегда подкупают.

Весьма показательно, что, когда в 1977 году выпустили первый номер «Курьера „Очевидного — невероятного“», где участие С. П. Капицы было серьезно сокращено, на телевидение стала приходить лавина писем с требованием вернуть ведущего.

Сергею Петровичу самому приходили просто горы корреспонденции, его узнавали на улице, в общественных местах. Надо сказать, что рейтингами телепередач в то время никто не занимался, и популярность программы определялась именно этим, вполне материальным, вещественным фактором — огромными мешками писем, на которые надо было отвечать.

Но у известности была и оборотная сторона. Профессор Юрий Михайлович Ципенюк, близкий друг Сергея Петровича по работе в Институте физических проблем, вспоминал довольно типичный для того времени случай: «Телевидение его фантастически вознесло, он стал очень известен. Он не пользовался вообще общественным транспортом. Если возникали проблемы с его личной машиной, то обращался к друзьям. Дело в том, что к нему часто обращались люди. Звонки, письма, просили помочь. Сергей Петрович писем уже не читал. Случайно мы прочитали. Одна женщина постоянно ему писала. Последнее ее письмо было: „Я видела Вас по ТВ, Вы все рассказали про наши отношения. Верните мои письма“.

А один раз я его буквально спас. Еще Петр Леонидович завел, что обед в 13.15, к этому времени он ехал к себе домой, на Ленинский, 13. Так и Сергей Петрович — собрался домой и вдруг возвращается, его чуть ли не трясет: „В моей машине кто-то сидит! Выручай!“

Я взял ключи от машины и пошел. В машине сидит молодая женщина лет двадцати восьми. Спрашивает: „Вы кто?“

— Я шофер Сергея Петровича.

— А где сам Сергей Петрович?

— Его нет.

И повез ее к главному зданию. А пока мы ехали, она достала бутылочку — и стала пригоршнями глотать таблетки».

Многие и сейчас задаются вопросом: «Чем объяснить феномен Капицы-ведущего?» Ясно, что невозможно просто так завоевать любовь миллионов, что для этого требуется самому быть ярким явлением в общественной жизни, настоящей личностью. Передач для «галочки», сделанных без огромного личного интереса, без привлечения самых сведущих в рассматриваемой области людей, у Сергея Петровича было очень мало. И магия его личности, пожалуй, являлась здесь решающим фактором.

То, что Сергей Петрович делал на телевидении, не вписывалось в рамки обычных представлений. Он вкладывал душу в каждую передачу. Он, как никто другой, умел объяснять. Он рассказывал понятно о непонятном. Он доказывал, что понимание законов науки, на которых зиждется мир, должно быть неотъемлемой частью нашего мировоззрения. Он доносил до аудитории ощущение нужности работы по проникновению в суть вещей. Именно таким образом он решал поставленную перед самим собой задачу — объяснял громадной аудитории достойное место науки в достойном обществе.

Огромный, в какой-то степени даже нездоровый интерес вызвала вышедшая в 1976 года передача с участием активного сторонника разного рода фантастических гипотез, уфолога бывшего военного моряка, кандидата технических наук Владимира Георгиевича Ажажа. Речь шла о загадках Бермудского треугольника. Именно Ажажа был тем самым «краснобаем и баламутом», вдохновившим В. С. Высоцкого на написание известной песни, снискавшей немало симпатий со стороны зрителей.

В ходе передачи В. Г. Ажажа приводил почерпнутые из самых различных источников «свидетельства» событий, якобы происходивших в Бермудском треугольнике. Незадолго до передачи эти непроверенные «аргументы» были приведены в популярном журнале «Наука и жизнь», что было известно и авторам передачи, и многим зрителям. Сергей Петрович последовательно разбивал аргументацию оппонента, указывая на ее несоответствие основным законам природы.

Передача вызвала тысячи писем зрителей, несколько издательств, даже в те, далекие от коммерческой свободы времена, быстро подготовили и издали скороспелую литературу на затронутую в передаче тему. С. П. Капица, по-видимому, был сильно обеспокоен разгоревшимся интересом к лженаучным сенсациям и паранормальным явлениям, немедленно подготовив и выпустив ряд программ, разоблачающих и НЛО, и снежного человека, и лох-несское чудовище.

«Сенсации — это слишком дешевый способ привлечь внимание к науке. Мы говорим о паранормальном, но полагаем, что все это нужно рассматривать единственным способом — как симптом больного общественного сознания. Такие симптомы в истории наблюдались не раз, правда, таким глубоким, как сегодня, кризис нашего общества еще не был», — замечал по этому вопросу Сергей Петрович.

Конечно, воспитанный в традициях первой половины XX века, всегда ощущавший внутреннюю связь со своими великими предками — П. Л. Капицей, А. Н. Крыловым, И. М. Сеченовым, Н. Л. и В. П. Филатовыми, А. М. Ляпуновым, — Сергей Петрович переживал падение интереса к науке, прежде всего в России.

«Более того, исчезает сам институт науки, как части культуры общества. В других странах популяризации науки придают исключительное значение. Так, например, в Эдинбурге ежегодно проводится фестиваль науки, на который приезжает 300–400 тысяч человек, причем в основном — молодежь. Я предлагал во время празднования 850-летия Москвы устроить нечто подобное, но, к сожалению, это не реализовалось», — говорил он в одном из своих интервью.

Бесспорно, передача «Очевидное — невероятное» во второй половине 1970-х — первой половине 1980-х годов стала ярчайшим универсальным явлением советского телевидения.

Ярчайшим — поскольку Сергей Петрович стал, наверное, самым популярным человеком страны — Юрия Гагарина уже не было, будущие политики новой волны еще изощренно клялись в верности «традициям марксизма-ленинизма» и собирались с силами. Сам С. П. Капица все чаще становился персонажем карикатур, пародий, героем анекдотов. Однажды ему даже предлагали роль самого себя в художественном фильме («Елки-палки», 1988).

В 1977 году популярнейший в стране поэт и исполнитель собственных песен Владимир Высоцкий — «голос эпохи» — написал и исполнил одну из своих известнейших песен, которую называют то «Дорогая передача!», то «Письмо из психушки», то «Письмо в редакцию телепередачи „Очевидное — невероятное“»… Песня оказалась одной из самых ярких в творческом наследии Владимира Семеновича. Практически сразу вся она была разобрана на цитаты, которые повторяла вся страна.

«Я считаю, что это одна из самых высоких оценок той деятельности, которой я занимался, и выражена она в бесспорно талантливой манере», — замечал Сергей Петрович по поводу этой песни.

В ноябре 1980 года, к очередной годовщине Октябрьской революции, Сергей Петрович Капица, автор и ведущий, и Лев Николаевич Николаев, автор сценариев и выпусков программы, — за телевизионную программу «Очевидное — невероятное» (выпуски последних лет) и научно-популярные фильмы «Объять необъятное», «Живая Вселенная», «Тайна» — были удостоены Государственной премии СССР.

Лауреаты получили по две с половиной тысячи рублей (общий размер премии составлял пять тысяч рублей) и почетные знаки лауреатов Государственной премии.

В 1981 году в Париже, куда С. П. Капица прибыл из Йемена, в штаб-квартире ЮНЕСКО ему была вручена премия Калинги за 1979 год. Эта премия была учреждена ЮНЕСКО в 1952 году и присуждалась за популяризацию науки перед самой широкой аудиторией. Нашему герою премия была присуждена за популяризацию науки посредством научно-просветительской телевизионной программы «Очевидное — невероятное».

Словом «Калинга» именовалось древнее царство в Восточной Индии, процветавшее при царе Кхаравеле (II век до н. э.) и по площади превышающее треть территории современной Индии. Позднее царство Калинга значительно сузилось и стало занимать незначительную, в несколько сотен квадратных километров территорию на востоке современной Индии. Многочисленные культурно-исторические находки, обнаруженные на названной территории, а также древнеиндийские эпосы «Махабхарата» и «Рамаяна» дали основание считать, что в Калинге процветали высочайшие наука и культура. Ввиду сознательного отказа от насилия древнее царство пало. Тем самым слово «Калинга» было признано символом высокого и бескорыстного интереса к науке и культуре.

24 марта 1981 года генеральный директор ЮНЕСКО А. М. Боу в присутствии заместителя генерального директора ЮНЕСКО по науке профессора А. Р. Кадцуры, посла СССР в ЮНЕСКО И. М. Земскова, большой группы приглашенных лиц и журналистов вручил С. П. Капице в актовом зале штаб-квартиры медаль Калинги, специальный диплом и чек на тысячу английских фунтов стерлингов.

Сергей Петрович по традиции ответил на вручение яркой речью, где анализировал возможности телевидения, глобальные проблемы, поднимаемые наукой, изложил свой взгляд на возможности их решения.

«Руководствуясь принципами исторического оптимизма и политического реализма в чрезвычайно актуальных вопросах, мы должны стремиться пропагандировать метод научного мышления, принципы которого значительно шире и важнее, как известно каждому ученому, чем даже полученный результат», — сказал он в частности.

Почему закрыли программу «Очевидное — невероятное»? «…Первый канал требовал, чтобы я, во-первых, громил советскую науку и, во-вторых, не возражал против всякой лженауки. Я отказался категорически. Тогда меня выгнали оттуда…« — именно эти слова С. П. Капицы были приведены в качестве ответа на поставленный выше вопрос.

Всего вышло более шестисот выпусков передачи «Очевидное — невероятное». Первоначально это были еженедельные программы. Затем их сократили до двух в месяц, урезав и хронометраж.

«Но других передач о науке так и не появилось!» — сетовал Сергей Петрович.

Мостинская А. Ю., Бодрихин Н. Г. Сергей Капица: Человек, который отвечал на любой вопрос — М.: Молодая гвардия, 2015. — (ЖЗЛ, 1537). — стр. 213–222